Алматы. 15 октября. Центр информации – Можно ли рассказать о серьезных проблемах, касающихся свободы слова, с которыми ежедневно сталкиваются журналисты, за 60 секунд? Автор проекта Free Speech Animation Мирас Нурмуханбетов считает, что можно. Почему именно за 60 секунд? Об этом он рассказал Центру информации IC24.kz

- Почему Вы выбрали именно такую подачу информации о правах журналистов – мультфильмы?

­– Дело в том, что понятия «права журналистов» и «свобода слова», к сожалению, стали банальными. Несмотря на то, что за ними лежит огромный пласт проблем общества (ведь без права на свободу слова практически все другие права и свободы оказываются в изоляции), общество уже свыклось с этим. Априори известно, что будет написано в статье, в заголовке к которой встречаются эти понятия. Кроме этого, в наше время люди не читают большие тексты, и даже укороченные до максимума публикации не привлекают внимания. В том числе, у самих журналистов. Поэтому нужен был несколько другой, инновационный подход. Кстати, именно инновации были одним из условий гранта, благодаря которому наш проект увидел свет.

Можете пару слов сказать об этом? Что за грант, от кого?

– Могу. Наш проект реализуется при поддержке гранта Программы «Социальные Инновации в Центральной Азии». В свою очередь, Программа реализуется Фондом Евразия и спонсируется Агентством США по международному развитию (USAID). Должен сказать, что там очень много интересных направлений и проектов, поэтому для меня лично было честью стать частью этой Программы. Всего же наш проект предусматривает выпуск 16 серий продолжительностью по минуте каждая. В общей сложности выходит один час лекции на тему «Свободу слову!».

Кстати, почему ваши мультфильму такие короткие – всего минута? И, вообще, трудно раскрыть тему за 60 секунд?

– Скажем так – нелегко. При том, что треть или четверть этого времени уходит да титры и анимированную цитаты, которая является неким эпилогом. Но во многом помогает автор сценария и она же координатор по проектам Фонда «Әділ сөз» – Мадина Алимханова. С другой стороны, «успеть за 60 секунд» – это некий стимул сделать коротко и ясно. А такой формат мы выбрали для удобства зрителя – чтобы слишком много времени у него не забирать. Хотя это может быть минусом – тот же YouTube не слишком любит ролики, короче 3-5 минут – там рекламу не разместишь, а у нас и того меньше. Впрочем, монетизация нас не интересует – нам бы идею до общества и самих журналистов донести. Расчет исходил из того, что TikTok любит короткие ролики, а Instagram переделывает то, что дольше 60 секунд в другой формат. Впрочем, иногда приходится выходить за минутный лимит на 5-10 секунд – именно из-за того, как Вы выразились, не успевая «раскрыть тему».

Какую проблему с правами журналистов Вы считаете самой сложной?

– Здесь трудно сказать однозначно. Во-первых, у каждого журналиста могут быть свои «самые сложные» проблемы – зависит от того, где он трудится, какова редакционная политика, в каком жанре работает и так далее. Во-вторых, многие сложности, с которыми сталкиваются коллеги, могут наслаиваться одна на другую и быть взаимосвязанными. Скажем, непредоставление информации тесно связано с воспрепятствованием профессиональной деятельности журналиста, воспрепятствование это, в свою очередь, нередко идет параллельно с различными угрозами в отношении наших коллег. Многое может зависеть от конкретной ситуации, будь то освещение митинга или попытка попасть госучреждение, почему-то оказалось секретным, а также, опять-таки, от той или иной редакции – кому-то блокируют сайт, а кого-то обидели с госзаказом.

В целом же самая сложная проблема с правами журналистов, на мой взгляд, не какая-то конкретная – практически все это, по большому счету, является производными от отношения власти и общества к этой самой свободе слова. Поэтому проблема заключается именно в этом. Подчеркну, что просто спихивать все на власти не стоит – она такая, как есть, и свобода слова в классическом понимании ей просто не подходит. Нужно, чтобы и гражданское общество как-то реагировало и, конечно же, чтобы журналистская братия постоянно давала о себе знать, причем, не только критикой (она тоже важна), но и конкретными предложениями, в том числе и в сфере адвокации и законотворчества. Тогда и власти станут понемногу перестраиваться, и последние события в этом плане вселяют некоторую надежду. Например, приятно удивил наш бывший коллега, который когда-то возглавлял газету оппозиционного толка, а ныне сенатор Нурторе Жусип, заявивший о необходимости придания журналистам особого статуса.

А как на Ваше творчество реагируют журналисты? Им помогают эти мультфильмы?

– Признаться, ждал большего. Но реакция однозначно есть. Положительная. Только почему-то не все и не всегда стремятся ее высказать публично. Трудно сказать, почему. Может быть мы что-то делаем не так, в том числе, и в плане SMM, может быть, кто-то по привычке опасается «лайкать», а может быть причина в банальной разобщенности журналистского братства. Но, надеюсь, определенная помощь от данного контента есть. Ведь это как раз тот случай, когда трудно пощупать материальный эффект. Конечно, наивно было бы предполагать, что после окончания нашего проекта в стране нагрянет свобода слова, чиновники наконец обратят внимание на права СМИ, а сами журналисты станут более профессиональными. Но, как говорится, вода камень точит, и нестандартный, может даже инновационный подход к ликбезу по свободе слова, думаю, сделает свое дело в конце концов.

Какой из уже размещенных в интернете Ваших мультфильмов этой серии больше всего нравится Вам самому?

– Можно высокопарно сказать, что все нравятся – как дети, но тогда придется немного слукавить. Поэтому скажу, что особо выделил бы серию, в которой депутат, похожий на Сарыма, инициировал определенные запреты для социальных сетей в Казахстане. Почему? В первую очередь, потому что это была «горячая» серия. Делать было ее интересно и с некоторой подсознательным ожиданием реакции зрителя – рахмет, кстати, Мадине за оперативный и креативный подход. Впрочем, есть и другие серии, которые делал увлеченно, с использованием нестандартных подходов. Вообще, благодаря этому проекту и новому видению свободы слова, глазами правозащитника, занимаешься саморазвитием. В этом, наверное, еще один существенный плюс этого проекта.