Алматы. 26 октября. Центр информации. Высказывания казахстанских чиновников о текущем состоянии экономики все больше напоминают разговоры о покойнике, о котором, как известно, принято говорить либо хорошо, либо вообще ничего. Однако ритуальными мантрами дела не исправить. Но время идет, и чем дальше, тем больше экономическая ситуация в Казахстане приобретает отчетливые черты стагнации Сергей Зелепухин в КазТАГ.

Все хорошо, прекрасная Маркиза

Впрочем, понять чиновников можно: как писал в свое время один известный классик марксизма, характерная особенность любой бюрократии - приукрашивать действительность. Стоит только добавить, что вынуждена она это делать, чтобы, в худшем случае, не лишиться своего статуса, а в лучшем, - записать себе в плюс то, что, в общем-то, исходя из реальной ситуации, таковым не является.

Поэтому все разговоры представителей казахстанского правительства о том, что жить становится лучше, жить становится веселей, больше напоминают попытку сделать хорошую мину при плохой игре. Именно эту попытку в этот вторник напоминало заявление министра национальной экономики Куандыка Бишимбаева на заседании правительства. А заявил он о том, что худшее для экономической системы Казахстана уже позади.

«В целом итоги социально-экономического развития за 9 месяцев 2016 года демонстрируют постепенное улучшение социально-экономической ситуации. Надо отметить, что самое худшее «дно» нами было пройдено в первом квартале, тогда было зафиксировано снижение экономики до минус 0,4%», - пояснил К. Бишимбаев.

При этом он отметил, что по предварительным данным, за январь-сентябрь темпы экономического роста ускорились до 0,4% против 0,3% в январе-августе текущего года. Кроме того, в качестве позитива чиновник назвал замедление инфляционных процессов, стабилизацию валютного рынка, рост инвестиционной активности бизнеса, увеличение международных резервов страны и сохранение безработицы на низком уровне.

В свою очередь премьер-министр Бакытжан Сагинтаев дал понять, что прогноз правительства по росту ВВП Казахстана в этом году остается прежним. «По итогам 9 месяцев мы имеем позитивную тенденцию экономического роста - по всем докладам это видно. Идет рост, и есть все основания (говорить о том – КазТАГ), что мы к концу года выполним поручение главы государства по росту (ВВП РК в этом году - КазТАГ) на 0,5%. Здесь, наверное, нет сомнения, что мы это выполним», - заявил глава кабмина.

В общем, если послушать правительственных чиновников, то получается, как в известной песне: «Все хорошо, прекрасная Маркиза».

Под знаком стагнации

Но как бы этого не пытались доказать представители исполнительной власти, на самом деле экономическая ситуация в Казахстане очень далека от радужной. Причем следует напомнить, что еще в конце августа прошлого года в правительстве прогнозировали рост казахстанского ВВП в 2016 году на 2,1%, а теперь даже возможный рост на 0,5% выдается чуть ли не выдающееся достижение. Хотя еще далеко не факт, что так и будет.

Примечательно, что столь низкий темп экономического роста в Казахстане, который прогнозирует в этом году кабмин, в последний раз официальная статистика фиксировала еще 20 лет назад – в далеком 1996-ом. И если судить на основе тенденций в казахстанской экономике в последние два года, то по темпам роста она вернулась в конец лихих 90-ых. Напомним, что по итогам 2015-го рост ВВП составил скромные 1,2%.

Следует отметить еще одну интересную деталь: если считать ВВП в долларовом выражении, то, согласно официальной статистике, в последние годы наблюдался уже не рост этого показателя, а его стремительное падение с $243 773,9 млн в 2013-ом до $227 439,2 млн в 2014-ом и до $183 833,7 млн – в 2015-ом.

Нетрудно подсчитать, что в период с 2013-го по 2015 год включительно, казахстанский ВВП в долларовом исчислении сократился почти на $60 млрд или примерно на 25%! Понятно, что главную лепту в крутое пикирование этого показателя внесли неоднократные обвальные девальвации тенге: в феврале 2014-го и особенно после отпуска нацвалюты, в так называемое, свободное плавание 20 августа 2015-го.

Если говорить медицинским языком, то говорящие сами за себя показатели недвусмысленно свидетельствуют о том, что «здоровье» казахстанской экономики сильно подорвано и, что на протяжении последних двух лет она, чем дальше, тем больше, впадала в «кому», то есть в стагнацию. А все потому, что пациент был здоров ровно до тех пор, пока мог принимать сильно действующие лекарства в виде высоких нефтяных цен.

Теперь же жизнедеятельность хозяйственной системы Казахстана вынуждена поддерживать государственная реанимация с помощью дорогостоящих инъекций – миллиардных вливаний в реализацию красиво расписанных госпрограмм.

Но, как можно судить даже по официально озвучиваемым цифрам, государственное лечение слабо помогает, и лишь дает возможность больному не сыграть окончательно в ящик. А врачи в виде правительственных чиновников на всевозможных консилиумах пытаются убедить друг друга и других в том, что пациент скорее жив, чем мертв.  

Застой длиною в жизнь?

При этом сказать точно, когда больной пойдет на поправку (и пойдет ли вообще) весьма затруднительно, ведь сильных лекарств в виде высоких нефтяных цен сегодня по-прежнему нет. И никто не может дать гарантии, что они появятся в избытке на фоне факторов сланцевой нефти и роста переизбытка предложения «черного золота» в случае провала переговоров стран ОПЕК совместно с Россией о заморозке или о снижении объемов нефтедобычи.

Причем, в то время как казахстанские чиновники тешат себя обнадеживающими ожиданиями, что критический период болезни экономики Казахстана уже позади, представители российского правительства дают неутешительные оценки. Согласно подготовленному Министерством экономического развития России прогнозу, до 2035 года российская экономика будет демонстрировать среднегодовые темпы роста на уровне 2%.

Однако если для развитых стран это - норма, то для развивающихся государств подобные темпы равнозначны стагнации, поскольку они еще больше способствуют увеличению пропасти между развитыми и развивающимися рынками с негативными последствиями для уровня жизни большинства населения последних.

А поскольку российская экономика, как и казахстанская, плотно сидит на сырьевой игле, то оценки министерства экономического развития РФ (с поправками на наличие западных санкций против России и на более развитую там обрабатывающую промышленность) вполне применимы и к Казахстану.

Причем не надо забывать, что северный сосед по-прежнему остается вторым крупнейшим торговым партнером нашей республики, уступая только Евросоюзу. Согласно свежим статистическим данным, по итогам 8 месяцев торговый оборот Казахстана с ЕС достигал почти $15 млрд, а с Россией этот показатель составил чуть меньше $8 млрд или почти 20% от общего внешнеторгового оборота страны.

Так что если стагнация российской экономики будет долгосрочной при темпах роста ВВП в среднем 2-3% в год, то, хотят этого чиновники в Астане или нет, она окажет негативное влияние и на хозяйственную систему Казахстана. Тогда казахстанскому пациенту придется провести в «реанимационном отделении» государства еще не один год, а гражданам - все туже затягивать пояса.