Как заявил 5 марта в своем интервью ИА «Новости-Казахстан» заместитель генерального директора Казахского института нефти и газа (КИНГ) Акбар Тукаев, Казахстан на сегодня уже фактически реализует так бурно обсуждаемую нефтедобывающими странами инициативу об ограничении добычи нефти для стабилизации цен на мировом рынке сырья.

Напомним, в конце февраля вице-министр энергетики РК Асет Магауов уже поднимал эту тему. По его словам, в Казахстане снижение уровня добычи черного золота обусловлено тем, что в стране много месторождений с достаточно долгими сроками разработки, а также тем, что многие недропользователи ввиду финансового кризиса ограничили проведение буровых работ. Особый акцент вице-министр сделал на том, что министерство не пользуется никакими административными рычагами для осуществления попыток снизить уровень добычи нефти – казахстанские недропользователи принимают данное решение самостоятельно, с учетом своих финансовых возможностей.

При этом Тукаев отмечает, что в последние годы планы по нефтедобыче в РК «ставились заведомо сверхнапряженные». «При текущих довольно низких ценах недавно правительством утвержден план добычи (в 2016 г.) на уровне около 74 млн. тонн против уровня в 80 млн. тонн в предыдущие годы. То есть у нас формально и так происходит снижение плана, и мы уже фактически соответствуем инициативе о непревышении добычи», — заявил Тукаев. Вместе с тем, по его мнению, план в 74 млн. тонн нефти в год выполним только в случае, если среднегодовая стоимость нефти марки Brent окажется в интервале $35-45 за баррель. Но если она упадет ниже $30, даже сниженный план нефтепроизводителям выполнить будет трудно. В дополнение к этому, в министерстве энергетики также уже говорили о том, что падение цен на черное золото повлечет за собой дальнейшее сокращение буровых работ и капитального ремонта скважин.

Дело за вторым эшелоном

Необходимо отметить, что, по мнению Акбара Тукаева, Казахстан должен присоединиться к инициативе по снижению уровня добычи нефти еще и официально, поскольку существенную роль в данном вопросе должны сыграть именно страны второго эшелона мировых производителей нефти, к которым относится и Казахстан, занимающий 17 место в мире по добыче. «В мире есть пять ведущих нефтедобывающих государств — это Саудовская Аравия, Россия, США, Китай и Канада. Эти все страны между собой могут договориться только в самых форс-мажорных обстоятельствах. Поэтому чтобы в определенной степени улучшать ситуацию на нефтяном рынке, на мой взгляд, инициативу должны были проявлять нефтедобывающие страны второго эшелона», — пояснил замглавы КИНГ. Так, например, много инициатив по данному вопросу выдвигала Венесуэла. Тукаев также вспомнил, как инициатива по консолидации усилий ведущих нефтепроизводителей по урегулированию ситуации на рынке была выдвинута на форуме «KAZENERGY 2015» Узакбаем Карабалиным, занимавшим тогда должность первого вице-министра энергетики РК.

«Однако вне зависимости от того, продекларирует Казахстан или нет (присоединение), он автоматически соответствует этой инициативе по заморозке или не превышению добычи», — добавил замглавы КИНГ.

Подводные камни

Впрочем, по мнению экспертов, не все так просто. Официальное присоединение Казахстана к инициативе несет в себе ряд осложнений.

Глава BRB Invest Галим Хусаинов считает, что практически присоединиться к инициативе по заморозке добычи Казахстану будет не сложно, поскольку стагнацию и снижение добычи в стране мы наблюдаем уже на протяжении нескольких лет. По его мнению, в этом году условия по добыче РК сможет выполнить без проблем. «Однако основной риск несет 2017 г., когда будет запущен Кашаган, и если его добыча будет больше, чем снижение в 2016-2017 гг. по другим месторождениям, тогда выполнить условие по заморозке будет проблематично», — считает эксперт. Вместе с тем, аналитики отмечают, что по технологии нефтедобычи добыча не может существенно вырасти после снижения. То есть выйти на уровень 2014-2015 гг. Казахстану в ближайшие два-три года не удастся.

Основная проблема нефтяной отрасли в РК, по словам Хусаинова, заключается в том, что главные добывающие месторождения контролируются иностранными компаниями, либо имеют долю в добыче, а те, которые принадлежат НК «Казмунайгаз» и так истощены и добывают нефть исключительно из-за социальных аспектов, дабы сохранить рабочие места. «Поэтому, думается, просто так превентивно решить вопрос с заморозкой добычи будет крайне сложно», — резюмирует эксперт.

Аналогичного мнения придерживается и экономист Жарас Ахметов, по словам которого Казахстану будет сложно присоединиться к данному соглашению, поскольку из крупных нефтедобытчиков правительство может повлиять только на Национальную компанию «КазМунайГаз». Кроме того, Ахметов также отмечает, что присоединение к инициативе означает откладывание пуска Кашагана на период действия соглашения, что, по его словам, тоже очень сложно.

Напомним, возобновление добычи на Кашагане планируется начать в конце 2016 г. Однако, по мнению аналитика в нефтегазовой сфере Олжаса Байдильдинова, данный вопрос все еще остается открытым. «Ранее озвучивалось, что для кашаганской нефти необходимы цены на уровне не менее $100 за баррель, то есть если мы и увидим начало добычи на этом месторождении, то она будет убыточна и не принесет бюджету/Национальному Фонду новых поступлений», говорит эксперт.

«Сейчас мы видим небольшой рост цен, хотя он, вероятнее всего, будет краткосрочным — коммерческие запасы нефти и нефтепродуктов во всех странах продолжают расти, зима оказалась мягкой и весной-летом будет сезонное снижение спроса, то есть цены в любом случае откатятся назад», — считает Байдильдинов. Вместе с тем он отмечает, что сейчас многие эксперты говорят о росте цен до $50 за баррель к концу года.